В России отсутствует механизм обращения конфискованной криптовалюты в доход государства, из-за чего такие активы не могут быть конвертированы в рубли и поступить в бюджет. Об этом заявила старший прокурор Главного уголовно-судебного управления Генпрокуратуры Мадина Долгиева на круглом столе в Совете Федерации.
Она напомнила, что в феврале был подписан закон, признающий цифровую валюту имуществом и устанавливающий порядок ее ареста и изъятия в рамках уголовного процесса. Однако, по ее словам, эти изменения не решают проблему в полном объеме. В законодательстве отсутствует механизм фактического обращения такого имущества в доход государства. Это означает, что конфискованную криптовалюту невозможно обменять на рубли и перечислить в бюджет, заявила Долгиева.
Прокурор привела пример: первое судебное решение о конфискации криптовалюты было вынесено в 2021 году, однако до сих пор не исполнено. Аналогичная ситуация наблюдается и с последующими решениями. При этом стоимость криптовалют за это время существенно выросла, и государство формально является владельцем значительных активов, которые не может реализовать.
Причину сложившейся ситуации Долгиева связала с положением Федеральной службы судебных приставов (ФССП). Согласно закону об исполнительном производстве, именно на службу возложены функции хранения, перевода и реализации криптовалюты. Однако в настоящее время у ФССП отсутствуют необходимые инструменты для выполнения этих задач, а исключить службу из процесса невозможно. Какие именно инструменты требуются, прокурор не уточнила.
Долгиева также отметила, что криптовалюта стала системообразующим элементом криминальной экономики, а биткоин уже не является самым распространенным цифровым активом в преступной деятельности.
Ранее правительственная комиссия по законопроектной деятельности одобрила проект закона об уголовной ответственности за организацию незаконного обращения цифровой валюты, если это привело к крупному ущербу.
